Чёрный рынок ИИ: как нейросети поставили преступность на поток
Поддельные лица, голоса и документы: как устроен рынок ИИ-мошенничества и что говорят исследования Интерпола, Европола и Chainalysis.
Поддельный голос начальника требует срочно перевести деньги. На видеосвязи появляется финансовый директор, которого в разговоре на самом деле нет. Незнакомец месяцами переписывается с жертвой от лица человека, которого тоже не существует. За всем этим может стоять не талантливый одиночка, а сеть с готовыми сценариями, подрядчиками и технической поддержкой.
Искусственный интеллект не придумал мошенничество. Но он помогает преступникам быстрее готовить убедительные сообщения, создавать чужие лица и работать сразу с множеством жертв. Интерпол предупреждает: финансовый обман всё теснее связан с организованной преступностью, кибератаками и торговлей людьми. Европол и компания Chainalysis описывают ту же перемену: мошенничество всё больше напоминает рынок услуг.
Цифра в 4,5 раза: что на самом деле посчитали
В марте 2026 года Интерпол сообщил, что мошенничество с использованием ИИ в 4,5 раза прибыльнее традиционного. Цифра выглядит как универсальный закон преступного бизнеса. Но если пройти по ссылке в докладе организации, выяснится: в основе — более узкое исследование компании Chainalysis.
Аналитики изучали криптовалютные мошеннические операции. В одной группе были схемы с заметными в блокчейне связями с продавцами ИИ-инструментов. В другой — операции, у которых таких связей не обнаружили. Первые получали в среднем около 3,2 млн долларов на схему, вторые — 719 тысяч долларов. Разница действительно составляет примерно 4,5 раза.
Но компания сравнивала поступления, а не чистую прибыль: расходов она из этих сумм не вычитала. Кроме того, отсутствие видимой связи с ИИ-продавцом не доказывает, что мошенники не использовали нейросети: доступ можно оплатить и вне блокчейна. Наконец, само сравнение не показывает, что именно ИИ обеспечил разницу. Крупные, лучше организованные группы могут одновременно больше зарабатывать и чаще покупать сложные инструменты.
Преступление по подписке
Раньше организатору аферы требовались собственные программисты, базы контактов, поддельные документы и люди, готовые часами разговаривать с жертвами. Теперь часть этих задач можно передать подрядчикам. Преступный рынок предлагает не только отдельные инструменты, но и готовые услуги: от создания фальшивого образа до инфраструктуры, необходимой для обмана.
Европол называет эту модель crime-as-a-service — «преступность как услуга». В обзоре интернет-преступности за 2026 год ведомство пишет, что генеративный ИИ помогает составлять сценарии разговоров и программный код, а голосовые боты всё чаще используются для предварительного отбора потенциальных жертв. Затем человека могут передать живому оператору.
Европол также описывает распространение в даркнете моделей, специально созданных или изменённых так, чтобы убрать защитные ограничения. При этом легальная нейросеть сама по себе не является преступным инструментом. Значение имеет то, как и для чего её используют.
Лицо, которого нет, и документы для него
Для мошенничества часто нужна не просто картинка, а целая личность. Сначала жертва видит профиль в соцсети или на сайте знакомств. Затем — переписку, фотографию, а иногда и видеосвязь. Всё это должно создавать впечатление, что по ту сторону экрана находится реальный знакомый, сотрудник компании или потенциальный партнёр.
В 2024 году Chainalysis изучила продавцов технологий на площадке Huione. Один из них предлагал услугу изменения лица за 200 долларов в криптовалюте. Аналитики увидели переводы на сопоставимые суммы. Это цена конкретного предложения, а не стоимость любого дипфейка на чёрном рынке.
В одном из разобранных случаев адрес покупателя через несколько дней получил средства, связанные с инвестиционным мошенничеством. Chainalysis сочла связь вероятной. Но данные о переводах сами по себе не показывают, какой именно инструмент применяли и как именно он повлиял на потерпевших.
ФБР в предупреждении о финансовом мошенничестве отдельно указывало на возможность создавать поддельные удостоверения с помощью генеративного ИИ. Присланная фотография документа, печать или совпадение имени с именем настоящего сотрудника сами по себе не доказывают, что с человеком разговаривает именно он.
Начальник на экране — не обязательно начальник
Одна из самых опасных целей для подмены — сотрудник, который может согласовать платёж. Для него сообщение от руководства отличается от письма незнакомца: в нём уже присутствует привычная иерархия и давление сроков.
Интерпол в обзоре угроз для Азии и Южно-Тихоокеанского региона описал случай в Гонконге: в 2024 году сотрудника международной компании убедили перевести около 25 млн долларов после видеозвонка с поддельными изображениями руководителей. Псевдоколлеги выглядели как участники обычной рабочей встречи, хотя их личности были подделаны.
Ещё один пример приводит прокуратура Южного округа Нью-Йорка. По версии американского обвинения, с июля 2024-го по февраль 2026 года участники схемы имитировали голоса и изображения руководителей и юристов, убеждая сотрудников компаний переводить деньги. Среди эпизодов прокуратура назвала предполагаемые потери больничной системы в Миссури и британской финансово-технологической компании.
Это позиция обвинения, а не приговор. Но сам описанный механизм объясняет, почему привычный совет «созвонитесь по видео» уже не всегда достаточен. Проверять приходится не только лицо на экране, но и сам запрос: кто его инициировал, совпадают ли реквизиты и можно ли подтвердить распоряжение по другому, заранее известному каналу.
Фабрика обмана и её невидимые работники
За удалённой перепиской необязательно стоит свободный человек, который добровольно пришёл работать в мошеннический кол-центр. Интерпол сообщает о распространении мошеннических центров в разных регионах мира. По данным организации, в такие центры попадали люди почти из 80 стран, и многих заставляли участвовать в онлайн-обмане.
Для преступных сетей нейросеть становится частью этой инфраструктуры. Она помогает писать убедительнее, переводить сообщения и поддерживать выдуманную биографию. Человеку-оператору остаётся развивать общение и убеждать собеседника перевести деньги. Одна и та же группа может сочетать инвестиционный обман, фиктивные романтические отношения и последующий шантаж.
Цифры, которые видны исследователям блокчейна, отражают денежную сторону проблемы, но не весь человеческий ущерб. Потерпевший может потерять сбережения, а человек по другую сторону переписки — сам оказаться жертвой торговли людьми. Отдельные расследования нужно оценивать по их материалам: наличие мошеннического центра ещё не доказывает, что в каждом эпизоде использовался ИИ.
Почему подделки трудно вычислить на глаз
Дипфейк может ошибаться: изображение иногда движется неестественно, а голос звучит непривычно. Но отсутствие заметных дефектов не подтверждает подлинность. Короткого уверенного разговора может хватить, чтобы заставить человека действовать на эмоциях — особенно если речь идёт о родственнике, болезни или срочной просьбе начальника.
Банк России советует при подозрительном звонке прервать разговор и самостоятельно связаться с человеком по заранее известному номеру. С близкими можно заранее договориться о контрольной фразе. При просьбе перевести деньги от имени руководителя важно проверить распоряжение через другой рабочий канал и соблюдать обычный порядок согласования, даже если собеседник торопит.
Не стоит сообщать коды подтверждения и переводить деньги на так называемый «безопасный счёт». Если деньги уже списаны, нужно немедленно связаться с банком и обратиться в полицию. Банк России рекомендует в течение суток после уведомления о списании подать в банк заявление о несогласии с операцией. Это не гарантирует автоматического возврата, но промедление может осложнить защиту.
Не только технология, но и доверие
ИИ снизил стоимость и ускорил некоторые этапы обмана, но главная цель мошенников осталась прежней: заставить человека поверить и выполнить нужное действие. Поэтому бороться приходится не только с неудачными копиями голосов или фальшивыми фотографиями, но и с самой организацией преступного рынка — продавцами инструментов, платёжными посредниками и сетями, которые эксплуатируют людей.
При этом те же технологии могут помогать защитникам искать подозрительные связи и быстрее обрабатывать данные. Противостояние не сводится к вопросу, научится ли человек отличать живое лицо от созданного компьютером. Всё чаще решает другое: останется ли у организации или семьи надёжный способ проверить важную просьбу, даже если голос и изображение выглядят убедительно.
Источники материала Интерпол: оценка угроз финансового мошенничества, 2026, Интерпол: Global Financial Fraud Threat Assessment 2026, Chainalysis: криптомошенничество за 2025 год, Европол: IOCTA 2026, Chainalysis: поставщики технологий и площадка Huione, ФБР: генеративный ИИ и финансовое мошенничество, Интерпол: оценка киберугроз в Азии и Южно-Тихоокеанском регионе, Минюст США: обвинение по делу о подмене руководителей, Банк России: что делать при звонке от знакомого с просьбой перевести деньги, Банк России: рекомендации при несанкционированном списании, Фото: Bitcoin ATM Alza.jpg, Фото: Computer Lab Baraboo.jpg, Фото: GoogleHangoutsMeeting.jpg